Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

pic 05

Вино – великий лекарь. Часть I. Чалисова Н.Ю.








Воспевание и прославление вина (bāda,  may,  sharāb) принадлежит к центральным темам персидской классической поэзии. Этот напиток  уподобляли целительной живой  воде и  философскому камню,  с  ним  сравнивали  желанные прекрасные  уста, он открывал путь к познанию абсолютной Истины. Мотивный репертуар описаний вина оформился в новоперсидской поэзии уже в X в., в стихах Рудаки (ум. 941) и его современников. Этот круг мотивов оказался востребованным во всех жанрах классической поэзии – героическом и романическом  эпосе, дидактической  поэме,  панегирической  касыде, светской и суфийской газели. На исходе классического периода (начало XVI в.) выделился и особый жанр суфийской поэмы, специально посвященный вину Истины – саки-нама  «книга  виночерпия».  При огромной  вариативности  конкретных  образов,  винные  мотивы демонстрируют поразительную устойчивость на всем протяжении развития поэзии, их основная семантика воспроизводится в поздних саки-нама в том же виде,  что и в разрозненных бейтах,  кыт‘а  и касыдах первых саманидских авторов.
Практически все основные мотивы персидского винного цикла имеют арабские  прототипы, которые  широко представлены в аббасидской вакхической поэзии (хамриййат). Неизбежен вывод о заимствовании этой литературной темы у арабов и ее последующем успешном освоении. В задачу данной статьи входит уточнение этого утверждения.  Материалы, приведенные далее, призваны  подкрепить гипотезу  о  том,  что  через  посредство  арабского  жанра  хамриййат в новоперсидскую  поэзию,  возможно,  возвращается часть староиранской лирической топики.
Исследование генетических корней поэтизации вина важно для истории литературы Ирана не  только в рамках проблемы арабо-персидского взаимодействия, но и в контексте попыток реконструкции среднеперсидской лирической традиции и выявления степени ее влияния на новоперсидскую. Хорошо известно, что в эпоху «иранского ренессанса» (IX–X вв.) поэзия  на  новоперсидском  языке  развивалась удивительно быстро. В среднеперсидский период существовала устная придворная поэзия, но все, что мы знаем о ней, к сожалению, сводится к именам  прославленных  поэтов  и  музыкантов  сасанидского  двора Хусрава  Парвиза  (591–628)  –  Барбад, Нагиса  и  др.  По свидетельству источников, они слагали  сладостные песни, но сохранилось  лишь названия песен Барбада. Далее следуют «два века молчания», а затем, менее чем  за век,  поэзия на  новоперсидском  языке (дари  или  фарси) проходит  путь от первых  попыток  сочинения стихов  по  нормам арабской метрики и рифмы (Ханзала Бадгиси) до классических образцов (произведения  Рудаки). Возникает вопрос о том, что обусловило столь бурное развитие  поэзии, что стоит за  феноменом «мгновенного» становления классики. Явилась ли новоперсидская поэзия успешно  осуществленным проектом литературного заимствования у арабов или она сохранила  преемственную связь с сасанидской традицией, по крайней мере, в области топики? Другими словами, можем ли мы, хотя бы теоретически, попытаться перекинуть мост от Рудаки к Барбаду? Вино как реальный напиток и как концепт имело весьма высокий статус в культуре древнего  и  средневекового Ирана. Исследование внешних и внутренних связей новоперсидских мотивов  воспевания вина, с одной стороны – с арабским жанром хамриййат, а с другой – со всей доисламской иранской словесностью, может пополнить наши представления  как  о топике песенной  сасанидской  лирики, так и о характере соотношения среднеперсидской и новоперсидской поэтических систем.

Collapse )